Поиск по газете

суббота, 3 сентября 2011 г.

Вечно молодой «Старый Крым»

В конце июля санаторий «Старый Крым» отметил 65 – летие. Санаторий – уникальный, как ни посмотри. Даже с архитектурной точки зрения - это редчайший памятник эпохи отечественного неоренессанса: корпуса с желтой наружной штукатуркой свойственной сталинскому ампиру, белой колоннадой и замысловатой лепниной в виде лавровых венков с символами исчезнувшей эпохи… Конечно, сталинский ампир не редкость для санаториев Южнобережья, но здесь, в предгорье, в сосновом бору на склонах горы Агармыш, он воспринимается совсем по-другому.




Юбиляр - целитель

Целительный воздух окраины городка Старый Крым был главным лекарством местной здравницы, особенно во времена нехватки медикаментов. То есть всегда: и в начале XIX столетия, и в годы Первой мировой войны, и в двадцатых-тридцатых годах на отобранных у буржуев дачах, и сразу после Великой Отечественной…



Три месяца на собаках и оленях…

В начале войны деревянные коттеджики санатория сгорели. Но уже в победном сорок пятом началось новое строительство. В ту пору возрождение санатория курировало Министерство южных и западных… нефтяных районов СССР (к слову, в строительстве принимали участие трудящиеся Симферополя). Трогательная забота о новостройке министра нефтяной промышленности Николая Байбакова отразилась в одном из документов. Так, Николай Константинович самолично распорядился выделить на строительство столько-то грузовиков, камней, гвоздей и… «одну ленту для пишущей машинки». Вот что такое внимание к деталям во времена глобального дефицита!
Сохранилась еще одна поучительная история, как в послевоенную пору сборщик пушнины Госторга с Северной земли три месяца ехал от самоедских юрт до Крыма. Ехал на собаках и оленях, поездом и автомобилем, чтобы лечиться в санатории Крымкуртреста в Старом Крыму. Врачи санатория продлили его месячную путевку еще на два месяца, и крепким и бодрым вернулся сборщик на далекий Север, «чтобы с новыми силами крепить экспорт советской пушнины».

Знакомство с Паниным

… Тихая жизнь санатория превратилась в небольшой праздник на его 65-летие. Очередной юбилей, поздравление, подарки, все как положено. Отправились и мы в этот небольшой город на востоке полуострова, чтобы пожать мужественную руку главврачу санатория Евгению Панину.

Этот опытный специалист, а в свободное от работы время — непоседливый краевед, умудрился создать в подсобных помещениях санатория настоящий музей. Да и рабочий кабинет Евгения Вениаминовича — словно один из залов музейной экспозиции: за полвека в нем практически ничего не изменилось! Тот же двухтумбовый стол, мраморная лампа, старинные часы (еще идут!), строгий черный телефон. Разве что к телефону пристроился современный факс. И вместо портрета Отца народов на стене — натюрморт с сиренью. Любопытно, что за долгие годы из кабинета не выветрился дух строгости, порядка и уюта.
В этом кабинете весьма уместно перечитывать старые приказы времен строительства санатория: «Приказ № 2 от 3 января 1946 года: рабочих строителей Шабанова, Громыко, Лубянова, Евсюкова за невыход на работу — отдать под суд согласно указу президиума Верховного Совета». Вот так, просто и эффективно! И еще десятки приказов с резюме «отдать под суд» , «числить дезертирами»… Немудрено, что строительство, несмотря на суды (а может, и благодаря им), шло ударными темпами: 22 июня 1946, через полгода после начала работ, санаторий принял первых отдыхающих.
— А 31 декабря 1953 года комплекс был сдан полностью, — подытожил Евгений Панин. — Правда, с многочисленными недоделками, которые устраняем до сих пор…


Лечить бы рад…
Мы прогуливаемся по территории санатория — детища архитектурно-проектной мастерской академика Веснина. Стены лечебных корпусов хранят имена многих известных людей, например поэтессы Юлии Друниной. А в пятидесятые в санатории работал знаменитый хирург Николай Амосов.
Но для Евгения Панина санаторий — это только музей или памятник архитектуры, а прежде всего лечебное учреждение. Санаторий, построенный по типовому проекту для лечения туберкулеза органов дыхания. На Украине таких «туберкулезных учреждений», работающих до сего дня по своему изначальному профилю, — единицы.
Санаторий «Старый Крым», конечно, нуждается в деньгах. Впрочем, для Евгения Вениаминовича это проблема номер два.
— Государство повернулось к нам лицом, и я не могу его хаять: другим и этого не дают, — замечает Панин. — На выделенные средства мы отремонтировали прачечную, пищеблок, очистные сооружения, три корпуса… Конечно, нужны еще деньги, ведь у нас проблемы с водоснабжением, да и бытовые условия бы нам получше…
Но самые большие беда санатория в другом.
— Несмотря на то, что в стране свирепствует эпидемия туберкулеза (показатели роста этой болезни по Украине в десять раз превышают европейские), наш санаторий заполнен не на сто процентов! — восклицает главврач. — И это при том, что государство выделяет деньги на лечение! Но дело в том, что большинство больных — безработные, социально незащищенные люди. У них попросту …нет денег на билет в Крым.
Евгений Вениаминович рассказал, что еще в 2002 году этот вопрос поднимался на парламентских слушаниях, но… так и не получил поддержки. По мнению Панина, решение вопроса мог бы взять на себя частично страховой фонд, частично Пенсионный фонд, да и железная дорога могла бы оказать благотворительную помощь… Но увы. Более десяти тысяч человек умирают ежегодно на Украине от туберкулеза, так и не получив возможности своевременного и полноценного лечения и реабилитации.

Назад в шестидесятые?
- По уровню заболеваемости и смертности от туберкулеза мы вернулись в шестидесятые годы – продолжает Панин. – Тогда, на основании Постановления Советов Министров СССР от 01.09.1960 г. № 972 «О мероприятиях по дальнейшему снижению заболеваемости туберкулезом» был издан Приказ МЗ СССР № 426 от 06.10.1960 г. «О мероприятиях по дальнейшему снижению заболеваемости туберкулезом». В приказе была изложена программа борьбы с туберкулезом, которая устанавливала целый ряд новых правовых положений. Проведение в стране широких государственных мероприятий по борьбе с туберкулезом и повышения качества работы противотуберкулезных учреждений привело к улучшению всех основных эпидемиологических показателей. Однако в начале девяностых, после развала Союза ситуация по туберкулезу в стране начала резко ухудшаться.
Недавно, едва ли не к юбилею, правительство сделало санаторию подарок – добавило пятьдесят коек, что позволило принимать больше народу. Но и это, казалось бы благое деяние, не было продумано до конца.
- Дело в том, что нынешние работодатели не могут позволить своим работникам такое казалось бы привычное завоевание социализма, как полноценное лечение – с горечью произносит главврач. – Больного, в лучшем случае, отпускают с производства – от станка, с шахты, со стройки - на неделю-другую. Но за это время вылечить человека с активной формой туберкулеза практически невозможно!… У нас только адаптация проходит десять дней. А полноценный курс лечения длиться от полутора до трех месяцев… В итоге поток больных увеличился, но ощутимой пользы от этого ни для нас ни для больных нет… Сегодня нужно принимать и выполнять постановления, как когда-то в шестидесятых, но в условиях продолжающегося кризиса вряд ли этот вопрос будет решен в ближайшее время…
Алексей СОМОВ,
фото автора