Поиск по газете

пятница, 11 ноября 2016 г.

Клеветникам Октября

Накануне и в день празднования 99-й годовщины Великой Октябрьской социалистической революции практически все центральные каналы страны транслировали в прямом эфире дебаты по случаю празднования Великого Октября, на которых были представлены как сторонники, так и чернители Октября, в первую очередь, в лице Жириновского. В эти же праздничные дни каналы «История» и «Общественное телевидение» транслировали по заказу Министерства культуры РФ антисоветские исторические очерки об Октябрьских событиях 1917 года в исполнении небезызвестного Сванидзе с комментариями либеральных историков С. В. Мироненко, Ю. С. Пивоварова и других. Какие же обвинения предъявляли хулители Октябрю? Об этом и пойдет речь в настоящей статье.

Кто же погубил царскую Россию?

Многочисленные апологеты Октября обвиняют большевиков в уничтожении самодержавия. В какой-то степени это так, ибо все народно-освободительное движение, начиная с XIX века, шло в русле борьбы с самодержавием. Особенно это ярко проявилось в революции 1905-1907 годов. В ходе этой первой русской революции было видно, что страна нуждается в коренных изменениях во всех областях жизни. Давно уже назрели реформы в политической, экономической и социальной сферах.

Очень остро на повестку дня встали жгучие вопросы — аграрные, рабочие, национальные. Каждая политическая сила, действующая тогда в царской России, предлагала свои пути решения. Российские коммунисты уже тогда свой взор обратили главным образом на человека труда. По их мнению, он единственный творец истории, а, значит, он и должен стать полноценным хозяином страны. Были и другие пути решения назревших проблем. Один из них представляли либералы, объединившись в 1905 году в рядах Конституционно-демократической партии (кадеты). Их лозунги сосредоточились вокруг главной либеральной идеи - «свободы». Это опорное слово определяло и их тактику и стратегию действий. Принимаемые законы в Государственной Думе практически во всех четырех созывах были подчинены этой идее. Их политическое ядро состояло из видных представителей российской буржуазии - фабрикантов и заводчиков, крупных предпринимателей и землевладельцев, профессоров университетов и земских деятелей. Вполне понятно, что их партийная сеть была в начале XIX века самой многочисленной и разветвленной в России. К тому же их политическая сила имела огромные связи за рубежом. Их заграничные коллеги-либералы активно поддерживали российских либералов — экономически и финансово. Таким образом, к началу Первой мировой войны сложился своеобразный, как бы мы сегодня сказали, мировой либерально-олигархический союз. Именно российским кадетам мировые либеральные лобби еще до начала Первой мировой войны доверили строительство «свободной демократической России» без царизма и коммунистов. И если внимательно приглядеться к их деятельности в начале ХХ века, то мы увидим, что российские либералы строго следовали указаниям своих западных хозяев.
Основные удары по правящей в России царской династии российские либералы нанесли во время Первой мировой войны. Маскируясь под общие настроения, которые царили в обществе в начале войны - «Изгоним немцев с родной земли!», «Ни пяди родной земли!», «Война до победного конца!», - либералы одновременно вели подрывную работу по раскачиванию ситуации внутри страны, при этом нисколько не брезгуя, лишь бы побольше заработать при помощи той же войны. Практически все военные заказы шли через военно-промышленный комитет, возглавляемый А.И. Гучковым.
О работе этого комитета вспоминает бывший Дворцовый комендант В.Н. Воейков: «По усилению снабжения армии боевыми припасами представители так называемой деловой России принялись за дело. Первой заботой созданного под руководством А. И. Гучкова военно-промышленного комитета являлось обеспечение для себя однопроцентной стоимости всех проходивших через комитет военных поставок. Вследствие этого комитет оказался, во-первых, коммерчески заинтересованным в возможно более высокой расценке поставок вооружения, а, во-вторых, создалось такое ненормальное положение, при котором, например, состоялась уплата по распоряжению морского министра генерал-адъютанта И. К. Григоровича, военно-промышленному комитету осуществлять процентное отчисление со стоимости переданного Главным Артиллерийским управлением казенному Балтийскому заводу заказа военного министерства. Чтобы прикрыть эту незаконную сделку Гучков покрывал полученную сумму за счет содержания своего комитета. Только в 1915 году Гучков и Ко получили за счет этой махинации около 30 миллионов рублей. И так длилось всю войну. Гучков получал больше прибыли, а армия недополучала нужного ей вооружения».
Второй кормушкой для либералов во время войны стала деятельность земских и городских представителей (земгоры), которые были связаны с работой благотворительных организаций на фронте. Официально эти организации осуществляли заботу о больных и раненых воинах. Возникли они по инициативе земгоров и финансировались за счет пожертвований граждан. Но, как всегда, аппетит приходит во время еды. И земские либералы решили запустить руку в карман государства. Благодаря заступничеству князя Николая Николаевича (слывшего среди либералов своим), вскоре эти благотворительные организации целиком перешли, как мы бы сегодня сказали, на полное бюджетное финансирование. Эти большие благотворительные организации стали быстро разрастаться по всей стране. Соответственно росли и их аппетиты. В 1914 году эти организации финансировались в размере 43 миллионов рублей, к концу 1916 года их бюджетирование составило 65 786 895 рублей. Все тот же Воейков вспоминал: «Большую часть работников в этих союзах составляли лица, уклонявшиеся от службы в действующие армии. Строевые офицеры называли их «земгусарами», а их руководителей - «гидро-уланами». Сестер этих организаций, в отличие от настоящих сестер, состоявших при Красном Кресте, обзывали «сестрами-утешительницами». Появлялся этот персонал на фронте, как правило, на дорогих автомобилях, прозванных «сестровозами». В перерывах между «основной» работой земгоры занимались антиправительственной пропагандой среди солдат и офицеров фронта, пользуясь для этого своими лазаретами, поездами, питательными пунктами, банями, прачечными и другими созданными ими учреждениями за счет того же правительства. Пропагандисты-либералы раздували каждый промах военного управления, приписывая его высшему начальству с императором во главе. Немало либералы потрудились и над расшатыванием Престола, подчеркивая немецкое происхождение императрицы и распространяя небылицы о ее отношении к Распутину».
Вся эта либеральная пропаганда готовилась и осуществлялась в стенах Государственной Думы, где большинство составляли кадеты.
Таким образом, либералы в годы Первой мировой войны, имея большую часть в Государственной Думе, используя трудности в ходе войны, развернули по всем направлениям поход за устройство того самого либерально-демократического общества, ради чего они и организовались в 1905 году. Их покровители с Запада, под прикрытием союзнических миссий, проводили в российской столице различные консультации для доморощенных либералов: как им обустроить Россию. «Их представители, - вспоминал В. Н. Воейков, - свободно ездили по России, появлялись на заводах, во всевозможных комиссиях, комитетах, союзах, думских заведениях; завтракали, обедали с общественными деятелями и везде были принимаемы с распростертыми руками в либеральных кругах. Кого же, спрашивается, принимали? Тех, кто принадлежал к группе ненавидевших монархический строй; тех, кто находился в контакте с буржуазией всего мира, в том числе, с немецкой, с которыми отечественные либералы и во время войны не прекращали отношений, принимали людей, подлым образом вводивших через своих клевретов в наши министерства шпионов, докладывавших западным либералам обо всем у нас творившемся. В этих грязных играх участвовали французы Вивани и Альберт Том».
По всей видимости, координатором был посол Англии в России, почетный гражданин первопрестольной столицы России — сэр Дж. Бьюкенен. Он частенько добивался аудиенции у царя, где излагал свои взгляды на внутреннее положение России и давал ему рекомендации в духе проведения в стране либеральных реформ. Свою лепту в расшатывании устоев монархизма вносил и посол Франции в России Морис Палеолог.
Ближе к 1917 году будущие политические деятели Февраля, опасаясь расправы со стороны царского правительства, все больше стали собираться в посольстве Англии или на квартирах иностранцев. Отдельные либералы, опасаясь ареста, и вовсе перебрались на жительство к союзникам.
Пребывавшие в Петрограде на протяжении всех лет войны представители союзников и члены их комиссий имели постоянный контакт с известными либеральными деятелями России, представителями торговли и промышленности, общественными деятелями и многими «передовыми» людьми, с которыми вели тайные совещания по вопросу ограничения власти царя или его свержения и проведения в жизнь целого ряда либеральных законодательных мероприятий. Так, например, по рекомендации союзников еще в августе 1915 года московская городская дума в телеграмме к Николаю II обратилась с ходатайством об учреждении министерства общественного доверия, что-то вроде будущего Временного коалиционного правительства. Задумывалось, что все военные отчеты будут поступать именно в это министерство, минуя царя.
Уже к началу 1916 года либералы России образовали несколько центров по продвижению своих идей:
- Государственная Дума во главе с М. В. Родзянко;
- Земский союз во главе с князем Г. Е. Львовым;
- Городской союз во главе с М. В. Челноковым;
- Военно-промышленный комитет во главе с А. И. Гучковым.

(Продолжение следует.)

Валерий Лавров,
кандидат филологических наук, доцент